Товарищество Русских Художников Молдовы

Рассказ Сулина С. «Побег из зоны» можно прочесть здесь.

ЧЕРНАЯ ДАТА

Андрей Шаров

Большие красивые птицы беспокойно кружат над опустевшими селами. Шеренга опор высоковольтной линии, а параллельно ей -такая же шеренга надгробий. Несжатые поля и бессильно упавшие натруженные крестьянские руки. Кресты, срубы домов, руины — последствия страшного взрыва, и над всем этим — солнце, с трудом пробивающееся сквозь дымное марево…

Зоркий глаз художника точно уловил приметы величайшей трагедии, масштабы которой и сегодня, два десятилетия спустя, еще не до конца оценены. От лаконичных черно-белых графических листов исходит почти физическое ощущение тревоги, передающееся зрителям.

Персональная выставка председателя Товарищества русских художников Молдовы «М-АРТ» Сергея Сулина, развернутая в Муниципальной библиотеке имени Хаждэу, посвящена двадцатилетию аварии на Чернобыльской АЭС.

Автору довелось быть в числе ликвидаторов последствий этой катастрофы, и она не могла не оставить отпечаток на всем его творчестве.

Сергей попал в Чернобыль по повестке военкомата в мае 1987-го. Увиденного в тот месяц ему не забыть никогда. «Первое впечатление,-вспоминает он, — такое, словно попал в Зону из «Сталкера» Тарковского. Лунные пейзажи, старики, не захотевшие, несмотря ни на что, покидать родные места, изумрудная зелень огородов со страшными черными пятнами посередине — там, где легла радиация. Жуткое зрелище следов поспешной эвакуации: разбросанные в панике вещи, детские игрушки и книги, втоптанные в грязь, раскрытые настежь двери, а где-то, наоборот, заколоченные окна домов…»

Командир взвода радиационно — химической разведки, Сулин вместе с солдатами занимался дезактивацией помещений станции и проводил радиационную разведку местности в тридцатикилометровой зоне отчуждения. Поднялся как-то и под крышу разрушенного четвертого энергоблока, где и год спустя после взрыва невозможно было находиться больше 20-30 секунд. Японские роботы, напичканные электроникой, давно вышли из строя. Люди, приехавшие со всех концов огромного Советского Союза, сменяя друг друга, работали. Им доставалось самое опасное. Пришлось бороться и с мародерами, без особого, правда, успеха. Хотя, как признается Сергей, в голове не укладывалось, как можно было, зная, что такое радиация, тащить все из зараженной зоны и не думать о последствиях. Впрочем, реальную угрозу в полной мере мало кто осознавал. Несмотря на мучивший всех кашель, на черные круги вокруг глаз, солдаты буквально в километре от станции часами загорали под палящим солнцем, разбирали на части выданные индивидуальные дозиметры и делали сувениры для дома. И никакие запреты на них не действовали.

Сулин уже тогда делал наброски в блокноте, расспрашивал окружающих, вел дневниковые записи. Все увиденное легло в основу графической серии из 12 листов «Чернобыльский репортаж»,выполненной по свежим впечатлениям, сразу по возвращении.За эту работу его приняли в Союз художников, позже рисунки приобрел Национальный музей истории Молдовы. Сегодня их можно увидеть на выставке. Представлены здесь и фотографии, сделанные автором тогда же. Вообщето на фотосъемку в зоне аварии существовал категорический запрет,все производившиеся работы считались секретными. Однако в ликвидации последствий катастрофы участвовало слишком много народа, углядеть за каждым было невозможно.Так и удалось Сергею привезти домой кадры,запечатлевшие подлинную обстановку вокруг станции. Теперь они красноречиво дополняют вдохновенные работы художника.

На смену репортажу по горячим следам пришло философское осмысление случившегося. «Заглянув воочию в воронку атомного взрыва,- говорит Сулин, — я понял, насколько хрупка Земля и как велика ответственность человека за все,что он делает в этой жизни».Так появились «Серебряная серия», «Библейские мотивы» — по-новому увиденные традиционные сюжеты. «Богородица» — Богоматерь с младенцем на руках в радиоактивном облаке. «Троица» — три ангела над чашей, через край наполненной кровью. «Перевозчик» — Харон, ведущий свою лодку в царство мертвых не просто по реке забвения,а по руслу,пролегающему среди опаленного ядерным взрывом леса.»Исход» — люди, спасающиеся бегством из родных мест, ставших вдруг смертельно опасными, и как символ того, что возврата сюда не будет, — крест на горизонте… Поистине вселенским трагизмом веет от этих холстов,заставляющих каждого, на них смотрящего, внутренне содрогнуться и задуматься: так ли я жил, ради чего вся мелкая суета, если в один миг мир может рухнуть? Но при этом картины не производят впечатления безнадежности, от них все равно исходит какой-то внутренний свет.

Катастрофа на Чернобыльской АЭС сразу унесла сотни жизней, а затронула миллионы людей. Отразилась она и на судьбе не только самого Сергея Сулина (после месяца пребывания в зоне здоровье художника оказалось настолько подорванным, что его признали инвалидом, которому противопоказаны физические нагрузки), но и его близких. Старшая дочь, родившаяся в год аварии, перенесла тяжелую операцию. Младшая, появившаяся на свет пятнадцать лет спустя, тоже растет слабенькой. Пенсия ликвидатора, хотя и повышалась в последние годы несколько раз, за ростом цен не успевает, поэтому Сергею не редко приходится жертвовать возможностью подлечиться в санатории и выбирать вместо путевки денежную компенсацию — семье нужны средства. И, невзирая на запреты врачей, Сулин много работает, успевая заниматься не только творчеством, но и общественной, организаторской деятельностью. Он создал «М-АРТ», постоянно устраивает выставки его членов и другие культурные акции.

Вот только тему Чернобыля художник для себя закрыл, слишком уж тяжело к ней возвращаться. Ему удалось вырваться из круга, очерченного трагедией. Хотя, конечно, полностью уйти от случившегося той весенней ночью, невозможно. И несколько лет назад по предложению столичного общества «Чернобыль» Сулин на общественных началах выполнил проект памятника ликвидаторам. На это ушло полгода. В обществе работу одобрили. Потом примэрия объявила республиканский конкурс на лучший проект. Сергей сделал еще четыре варианта мемориального комплекса, два варианта церкви и вышел в финал. Но, увы, победили другие. Мнение самих чернобыльцев жюри во внимание не приняло.

«Конечно, сначала было обидно, — вспоминает художник. — А потом я подумал: если моя инициатива побудила городские власти устроить конкурс, чтобы все-таки соорудить монумент, — уже хорошо. Свой памятник тем событиям я все равно создал. Это нынешняя выставка и рассказ «Побег из зоны», опубликованный в апрельском номере журнала «Кодры» Он написан на основе дневников, что я вел тогда в Чернобыле, и станет, в свою очередь, частью еще не напечатанного романа. Книга не о катастрофе, а о любви, о судьбе художника».

Сегодня, в дни годовщины самого страшного в истории человечества техногенного катаклизма,перед нами раскрылись новые грани дарования Сергея Сулина. И мы лишний раз убедились в справедливости старой истины: талантливый человек талантлив во всем.Готовность поделиться душевным богатством — из того же ряда.